На что способен искусственный интеллект

Мыслю, следовательно существую. Все мы слышали это знаменитое утверждение, ставшее фундаментом современной философии рационализма и индивидуализма. Но Декарту было проще: для него мысль была самоочевидна — ему не нужно было подыскивать ей определение. Что такое мысль? Что такое интеллект? И можно ли ими наделить машину?

Проблема искусственного интеллекта (ИИ) связана с вопросами в той же мере, что и с ответами, а также с нашим определением машин. В качестве иллюстрации и введения давайте проведем мысленный эксперимент.

Китайская комната 

Пред­ставь­те себе за­пер­тую ком­на­ту. В ней за сто­ла­ми сидят люди. В про­резь на стене в ком­на­ту по­па­да­ет лист бу­ма­ги, по­кры­тый стран­ны­ми знач­ка­ми и сим­во­ла­ми. Люди в ком­на­те де­ла­ют то, чему их учили: раз­ры­ва­ют лист на мно­же­ство ку­соч­ков и опи­сы­ва­ют изоб­ра­же­ние, делая по­мет­ки на­про­тив со­от­вет­ству­ю­щих пунк­тов. На­при­мер, если ввер­ху спра­ва про­хо­дит диа­го­наль­ная линия, они ста­вят фла­жок в поле 2-В, если внизу кре­стик, они ста­вят фла­жок в поле 17-Y, и так далее. Когда ра­бо­та за­кон­че­на, бу­ма­ги пе­ре­да­ют­ся в дру­гую часть ком­на­ты. Здесь сидят дру­гие люди, и в за­ви­си­мо­сти от от­ме­ток, вы­во­дят у себя на ли­стах со­от­вет­ству­ю­щие сим­во­лы.

На­при­мер, если есть по­мет­ка в поле 2-В, они про­во­дят го­ри­зон­таль­ную линию, если от­ме­че­но поле 17-Y, ри­су­ют кру­жок спра­ва.

Затем все лист­ки пе­ре­да­ют­ся по­след­не­му че­ло­ве­ку, ко­то­рый скле­и­ва­ет их вме­сте и опус­ка­ет в про­резь на стене.

На входе до­ку­мент был на ки­тай­ском языке, на вы­хо­де он по­лу­чил­ся на ан­глий­ском. Од­на­ко ни один ис­пол­ни­тель в ком­на­те не вла­де­ет ни тем, ни дру­гим язы­ком.

Этот мыс­лен­ный экс­пе­ри­мент, впер­вые пред­став­лен­ный пи­о­не­ром ком­пью­тер­ной от­рас­ли Джо­ном Сёр­лом, часто ис­поль­зу­ют, чтобы про­де­мон­стри­ро­вать слож­ность опре­де­ле­ния ин­тел­лек­та.

С до­ста­точ­ным ко­ли­че­ством ис­пол­ни­те­лей можно де­лать прак­ти­че­ски все что угод­но: ри­со­вать или опи­сы­вать кар­ти­ны, пе­ре­во­дить или ис­прав­лять любой язык, умно­жать огром­ные числа. Но можно ли на­звать это ин­тел­лек­том? Для сто­рон­не­го на­блю­да­те­ля си­ту­а­ция вы­гля­дит как про­яв­ле­ние ин­тел­лек­та, од­на­ко че­ло­век, зна­ко­мый с внут­рен­ним устрой­ством ком­на­ты, с ним бы не со­гла­сил­ся.

Если вме­сто людей на­пол­нить ком­на­ту тран­зи­сто­ра­ми, по­лу­чит­ся хо­ро­шая ана­ло­гия для ком­пью­те­ра. Воз­ни­ка­ет есте­ствен­ный во­прос: может ли вы­чис­ли­тель­ная ма­ши­на быть чем-то боль­шим, чем ис­клю­чи­тель­но слож­ная ки­тай­ская ком­на­та? Один из от­ве­тов на этот во­прос (как часто бы­ва­ет в этой об­ла­сти) по­рож­да­ет новые во­про­сы: что, если вме­сто тран­зи­сто­ров, ком­на­та за­пол­не­на ней­ро­на­ми? Чем мозг от­ли­ча­ет­ся от боль­шой и слож­ной ки­тай­ской ком­на­ты?

Слабый и сильный ИИ

В наши дни тер­мин «ис­кус­ствен­ный ин­тел­лект» при­ме­ня­ет­ся к це­ло­му ряду си­стем. Мно­гие склон­ны рас­ши­рять его опре­де­ле­ние, од­на­ко де­лать этого не стоит, по­сколь­ку у ИИ нет под­хо­дя­ще­го опре­де­ле­ния.

В общих чер­тах можно ска­зать, что это часть про­грамм­но­го обес­пе­че­ния, ко­то­рая пы­та­ет­ся вос­про­из­ве­сти че­ло­ве­че­ские мыс­ли­тель­ные про­цес­сы или их ре­зуль­та­ты. Опре­де­ле­ние до­воль­но рас­плыв­ча­тое.

Один ИИ вы­би­ра­ет сле­ду­ю­щую песню для вос­про­из­ве­де­ния, дру­гой ди­на­ми­че­ски управ­ля­ет но­га­ми ро­бо­та, тре­тий вы­де­ля­ет объ­ек­ты на ри­сун­ке и опи­сы­ва­ет их, чет­вер­тый пе­ре­во­дит с од­но­го языка на дру­гой и об­рат­но. Во всех этих вещах люди пре­успе­ли, и их пра­виль­ная ав­то­ма­ти­за­ция при­не­сет огром­ную поль­зу.

Но в ко­неч­ном счете даже самые слож­ные из задач пред­став­ля­ют собой некий набор опе­ра­ций. Ней­рон­ная сеть, обу­чен­ная на мил­ли­о­нах пред­ло­же­ний и спо­соб­ная без­уко­риз­нен­ной пе­ре­во­дить между вось­мью раз­лич­ны­ми язы­ка­ми — ничто иное, как крайне слож­ная ма­ши­на, об­ра­ба­ты­ва­ю­щая числа в со­от­вет­ствии с пра­ви­ла­ми, за­ло­жен­ны­ми ее со­зда­те­ля­ми.

И если си­сте­му ре­аль­но све­сти к ки­тай­ской ком­на­те — пусть боль­шой и слож­ной, — можно ли на­звать ее ин­тел­лек­ту­аль­ной? Как раз в этот мо­мент мы под­хо­дим к про­ти­во­ре­чию между сла­бым и силь­ным ИИ.

На самом деле это не от­дель­ные типы ИИ, а, ско­рее, от­ли­чия в от­но­ше­нии к идее, ле­жа­щей в его ос­но­ве. Как мно­гие фи­ло­соф­ские по­сту­ла­ты, один под­ход не пра­виль­нее дру­го­го, что, впро­чем, не ума­ля­ет важ­но­сти каж­до­го из них. С одной сто­ро­ны есть те, кто утвер­жда­ет: каким бы слож­ным и объ­ем­лю­щим ни было стро­е­ние ИИ, он смо­жет толь­ко под­ра­жать умам, его со­здав­шим, и ни­ко­гда не су­ме­ет вы­рвать­ся за пре­де­лы своей ме­ха­ни­сти­че­ской при­ро­ды. Даже с этими огра­ни­че­ни­я­ми ИИ спо­со­бен вы­пол­нять неве­ро­ят­ные вещи, но в ко­неч­ном итоге он яв­ля­ет­ся лишь фан­та­сти­че­ски мощ­ной про­грам­мой.

По­доб­ное от­но­ше­ние ха­рак­тер­но для сто­рон­ни­ков ги­по­те­зы сла­бо­го ИИ. Из-за ее фун­да­мен­таль­ных огра­ни­че­ний они пред­по­чи­та­ют фо­ку­си­ро­вать­ся на со­зда­нии си­стем, пре­успе­ва­ю­щих в от­дель­ных за­да­чах.

По дру­гую сто­ро­ну на­хо­дят­ся по­клон­ни­ки ги­по­те­зы силь­но­го ИИ. Они верят, что можно со­здать ис­кус­ствен­ный ин­тел­лект, неот­ли­чи­мый от че­ло­ве­че­ско­го мозга. Эти люди счи­та­ют сам мозг слож­ным ана­ло­гом ки­тай­ской ком­на­ты. Если все это раз­но­об­ра­зие био­ло­ги­че­ских свя­зей внут­ри наших голов по­рож­да­ет то, что мы на­зы­ва­ем ин­тел­лек­том и со­зна­ни­ем, по­че­му на это не спо­соб­ны крем­ни­е­вые мик­ро­схе­мы? Тео­рия силь­но­го ИИ пред­ре­ка­ет со­зда­ние ис­кус­ствен­но­го ин­тел­лек­та, рав­но­го или пре­вос­хо­дя­ще­го ин­тел­лект че­ло­ве­ка.

Слож­но ска­зать, до­би­лись ли мы зна­чи­тель­но­го про­грес­са в опре­де­ле­нии ин­тел­лек­та за по­след­ние 3 тыс. лет. Можно вы­де­лить про­стое и фун­да­мен­таль­ное: Ин­тел­лект — это спо­соб­ность ре­шать новые про­бле­мы.

Важно, что че­ло­век умеет ре­шать про­бле­мы и дви­гать­ся к цели, но го­раз­до важ­нее, что разум поз­во­ля­ет нам ис­поль­зо­вать опыт, по­лу­чен­ный при ре­ше­нии одних про­блем для борь­бы с дру­ги­ми. Эта пре­об­ра­зу­ю­щая при­ро­да — ключ к ин­тел­лек­ту, даже если никто не знает, как фор­ма­ли­зо­вать идею.

Об­ре­тут ли в один пре­крас­ный день си­сте­мы ИИ эту уни­каль­ную спо­соб­ность, на­учат­ся ли ре­шать новые про­бле­мы са­мо­сто­я­тель­но, без по­мо­щи твор­цов?

Ис­сле­до­ва­те­ли ра­бо­та­ют над со­зда­ни­ем но­во­го по­ко­ле­ния ИИ, спо­соб­но­го обу­чать­ся, об­ра­ба­ты­вать огром­ные объ­е­мы ин­фор­ма­ции. Ду­ма­ют они, или вы­чис­ля­ют — во­прос для фи­ло­со­фов и экс­пер­тов по ин­фор­ма­ти­ке, но то, что мы его за­да­ем, само по себе яв­ля­ет­ся огром­ным до­сти­же­ни­ем.

По материалам TechCrunch